Информационный вектор глобализации

Аркадий Урсул

Доктор философских наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, академик Академии наук Молдавии, Факультет глобальных процессов, Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова, Москва, Россия.

Адрес: д. 1, стр. 13А, Ленинские горы, Москва, 119991, Россия.

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Аннотация: Глобализация представляется как феномен, в основных чертах подобный другим глобальным процессам. Автор подходит к исследованию глобализации как одному из глобальных феноменов, которые в каких-то своих общих чертах совершались и раньше в человеческой истории (но также могут быть «продлены» в будущее). Речь идет о таких универсалиях глобализации как распространение по пространству, интеграция, универсальность, которые обязательно присутствуют в рассматриваемых в статье глобальных процессах, но в разных степенях и пропорциях. Эта триада характеристик выделяет основные и общие признаки понятия глобализации, но, вместе с тем, она оказывается характерной и для других аналогичных, рассматриваемых здесь процессов эволюции человечества. Использован информационный подход и информационная концепция культуры, обосновывается положение о культурной обусловленности «глобальных алгоритмов развития». Согласно информационной трактовке культурогенеза, культура возникает тогда, когда человечество выделяется из животного мира, создав «внешнюю» для человека сферу накопления и преобразования (движения) информации. Рассматривается ряд глобальных процессов, которые как имели место в прошлом, так и могут развернуться в будущем: глобальное расселение человечества, агронеолитическая революция и т.п., а в дальнейшем  — глобализация и другие процессы, имеющие с самого своего зарождения информационную ориентацию и транслирующую упомянутую триаду универсалий.

Ключевые слова: алгоритмы развития, глобализация, глобальная триада универсалий, глобальное расселение, дарвиновская триада, информационный подход, культура, неолитическая революция, международные отношения, устойчивое развитие.

Статья поступила в редакцию 22 февраля 2020 г.

Цитирование: Урсул А. (2020). Информационный вектор глобализации. Researcher. European Journal of Humanities & Social Sciences. 2 (3), 33–52.

DOI: http://dx.doi.org/10.32777/r.2020.3.2.2

Copyright © 2020 Authors retain the copyright of this article. This article is an open access article distributed under the Creative Commons Attribution License which permits unrestricted use, distribution, and reproduction in any medium, provided the original work is properly cited.

Введение

В исследованиях глобализации превалирует описание уже происходящих глобализационных процессов и мало внимания уделяется выявлению глубинных причин появления этого глобального феномена. Глобализация сейчас рассматривается в основном в плане усиления интегративных взаимодействий между различными фрагментами социума, прежде всего в форме экономических, финансовых, политических, социально-культурных, информационных, социоэкологических и других взаимосвязей. Однако глобализация проявляется и как унификация и универсализация ряда форм и результатов деятельности (например, техники и технологий) в социальной и социоприродной сферах. Кроме того, в ходе глобализации расширяется пространство упомянутых процессов, т.е. глобализация увеличивает свой «территориальный объем».

В современной модели развития в первую очередь обращают внимание на экономическую обусловленность упомянутых феноменов. В зависимости от этого «проставляются» даты начала этого процесса. Однако ситуация с развертыванием глобальных процессов и особенно глобализации выглядит гораздо сложнее и объяснить только экономическими причинами развертывание целого «куста» направлений глобализации — глобализационных процессов было бы слишком просто, поскольку, кроме экономического направления глобализации, уже выявлено несколько десятков других глобализационных процессов, которые хотя и связаны с экономикой, но далеко не напрямую ею обусловлены.

И здесь интерпретация появления и развертывания глобализационных процессов зависит от методологических подходов к видению эволюционных процессов на планете (и даже в мироздании в целом). Глобализация чаще всего видится как некоторое уникальное явление, развернувшееся совершенно по историческим срокам относительно недавно, например, с Великих географических открытий. В этом случае глобализация исследуется без сравнения ее с некоторыми другими, в каких-то характеристиках подобных этому глобальному процессу. Такой подход к исследованию вполне уместен на начальном этапе научного поиска, но он уже породил массу проблем, которые не могут быть решены без сопоставления глобализации с другими глобальными феноменами, как существующими в настоящее время, так и происходившими в прошлом, либо даже ожидаемых в будущем.

Однако, к исследованию глобализации можно подойти и по-другому, как одному из глобальных феноменов, которые в каких-то своих общих чертах совершались и раньше в человеческой истории (но также могут быть «продлены» в будущее). Для этого, прежде всего, важно выявить совокупность характеристик (свойств), общих для глобализации и других, ранее совершавшихся «аналогичных» процессов. Тогда можно будет понять, что в эволюции человечества происходили аналогичные процессы, а глобализация оказывается лишь очередной «волной» универсально-эволюционного процесса, совершающегося по некоторым общим схемам («программам»), социальной или социоприродной эволюции. Тем самым можно будет показать, что глобальные процессы сопровождали человечество на протяжении всей эволюционной траектории.

Вместе с тем, это будет новый подход к исследованию феномена глобализации, который поставит этот глобальный процесс в эволюционный ряд других, — о некоторых из них далее также пойдет речь. Этот способ исследования включает в себя экстраполяцию и сравнение, он уже давно используется. Экстраполяционно-сравнительный подход уже неоднократно применялся раньше, например, когда произошло распространение информации и информационных процессов на всю неживую природу, придавая им атрибутивный характер. Речь также идет о распространении основных идей биоэволюции на глобально-универсальную эволюцию, которая была предпринята Н. Н. Моисеевым в его оригинальном варианте универсального эволюционизма (Моисеев 1991, 1993). Расширение биомодели эволюции предполагает «продление» универсалий дарвиновской триады на более низкие (неживая природа) и более высокие ступени (социум) этапы универсальной эволюции. В концепции Н. Н. Моисеева рассматривается возможность распространения триады изменчивости, наследственности и отбора и дается их общая (расширенная на всю природу) интерпретация. Использование этих методологических идей позволит выявить ряд новых глобальных процессов, которые ранее таковыми не считались.

Культура, цивилизация, информация

В общепланетарном ракурсе речь идет о цивилизационном и культурологическом подходах в понимании эволюции человечества. Понятие культуры соотносится с понятием цивилизации, причем, их часто отождествляют либо противопоставляют (Степин 2011). В данной статье автор исходит из того, что цивилизация выражает социальную сущность человеческого рода, вышедшего из первобытного состояния. Она воплощает социальную ступень эволюции в ее земном варианте существования. И эта цивилизация в принципе устремлена к своему космическому и даже — космологическому будущему.

Сфера культуры представляет собой информационное ядро цивилизации — это постбиологический инвариант, ради которого и развивается цивилизация (Колин, Урсул 2015). Культура, как информационные процесс и структура, обеспечивает саморегуляцию цивилизационной системы, ее самовоспроизведение и развитие, выполняет функции, направленные на ее выживание. Культура и цивилизация соотносятся как часть и целое, иначе говоря, культура — это информационная составляющая цивилизации, а цивилизация состоит из культуры и ряда других — как информационных, так и неинформационных компонентов.

В таком понимании культура — это такая часть цивилизации, без которой целое не может существовать, так как она определяет «эволюционный смысл» появления и развития социальной ступени развития материи. Культура, выступая в качестве информационного содержания цивилизации, включает в себя также вещественно-энергетические, и другие материальные составляющие. Все зависит от того, в какой «системе координат», или концептуальных систем рассматривается соотношение культуры и цивилизации. Если понятие цивилизации «тяготеет» к материально-вещественной, экономической и технико-технологической трактовке, представляя в то же время целостную социальную ступень эволюции, то понятие культуры относится, главным образом, к ее духовно-информационной составляющей, выражающей глубинную сущность цивилизационного процесса.

Материально-вещественные объекты цивилизации выступают как феномены культуры только в том случае, если они рассматриваются не просто в информационном ракурсе, а именно как созданные человечеством систем семиосферы. Эти системы способны хранить и передавать сформированные человеком знаки, имеющие не только ценность, но, прежде всего, значение (смысл), и регулирующие деятельность человека и социума. Такое широкое понимание соотношения культуры и цивилизации методологически продуктивно и представляет основу для понимания развития цивилизации, как на Земле, так и за ее пределами.

Истоки формирования цивилизации связаны с постепенным складыванием хозяйственного и культурного механизмов, способствовавших смене биологической эволюции социальной. Цивилизационный процесс выражает способ воспроизведения разумной жизни индивидов, объединенных всеобщей связью и механизмами обеспечения выживания общества на социальной ступени эволюции (Гуревич 2017, с. 278–279). Предполагая возможность существования внеземных цивилизаций, в этом предельно широком смысле под цивилизацией можно понимать конкретное проявление социальной ступени эволюции материи. Это организованная система разумных существ, обладающих средствами надиндивидуального хранения, накопления, передачи и преобразования информации и осуществляющих взаимодействие с природой в различных формах, направленных на свое выживание и перманентное прогрессивное развитие этой ступени глобальной эволюции.

Экономоцетрическая трактовка глобализации в существенной степени сопряжена с цивилизационным подходом, а культурологическая концепция оказывается связанной с информационным подходом, который, как далее будет показано, в значительной степени проливает свет на причины развертывания ряда глобальных и ряда других процессов. Этот же информационный подход оказывается плодотворным и в трактовке освоения мира человечеством, где на первый план выходит культурные приоритеты» развития. Именно культура формирует те «программы», коды и алгоритмы развития, которые направляют человеческую деятельность по предсказуемой информационной траектории.

В ходе антропосоциогенеза обнаруживаются некоторые общие принципы и тенденции, позволяющие глубже понять, что появление такого феномена как глобализация (и ряда других социальных и социоприродных потенциально глобальных процессов), уже были «запрограммированы» появлением человечества как социальной ступени глобальной эволюции. Дело в том, что антропосоциогенез оказался вместе с тем и культурогенезом и именно это обстоятельство дает возможность рассмотреть панораму развертывания обсуждаемых здесь проблем в более широком контексте. Но для этого придется использовать наиболее современную — информационную концепцию культуры (Колин, Урсул 2015; Ursul 2018).

Культура в этой концепции представляется как внегенетический и внеорганизменный информационный процесс, выражающий природу социальной ступени эволюции. Человечество как социальная ступень эволюции характеризуется особой внеорганизменной (экстракорпоральной) системой средств преобразования, накопления, хранения и передачи от поколения к поколению, что существенно важно для коллективного объединения входящих в общество индивидов и их коллективов. Информация рассматривается как атрибут мироздания, “ответственный” за эволюционные процессы и реализующий различные формы и способы хранения и движения информации на различных ступенях развертывания глобальной эволюции.

На уровне становления и развития общества происходит “вынос” ряда информационных процессов (накопления, хранения, преобразования и т.п. информации) за пределы основного структурного элемента ступени — индивида. Это специфическая и сущностная характеристика социальной ступени эволюции, выражающая ее кардинальное отличие от предыдущей — биологической ступени, где главные информационные процессы происходят на эндогенно-генетическом уровне. Накопление информации в культурогенезе (антропосоциогенезе) начинает разворачиваться не в структурной единице соответствующей ступени, сужая возможности ее дальнейшего рости и развития, а вне ее, что требует освоения окружающей среды и преобразования находящихся в ней объектов, превращения их в артефакты.

Информационная природа культуры

Согласно информационной трактовке культурогенеза, культура возникает тогда, когда человечество выделяется из животного мира, создав «внешнюю» для человека сферу накопления и преобразования (движения) информации. Начало этого единого процесса установить трудно только в смысле конкретной точной даты возникновения социальной ступени (поскольку имеются разные точки зрения). Но только в количественном отношении, тогда как в качественном, согласно информационной трактовке культуры, она возникает вместе с человечеством, когда оно в информационном отношении выделяется из биологической ступени. Это обусловлено необходимостью дальнейшего продолжения глобальной эволюции и формирования принципиально нового — экстракорпорального способа накопления и переработки информации, кардинальным образом отличающегося от биологических информационно-генетических механизмов.

Эта качественно-содержательная тенденция и закономерность проливает свет на расширение пространственных территорий и увеличение информационного содержания поступательно эволюционирующих социальных систем. Социокультурный принцип экзогенного накопления, передачи и преобразования информации согласуется с принципами синергетики, согласно которой рост информации в любой прогрессивно эволюционирующей системе происходит за счет окружающей среды благодаря изъятия у нее негэнтропии. Это специфическая и сущностная характеристика феномена социальной ступени эволюции, выражающая ее фундаментальное отличие от биологической эволюции.

Человечество (а возможно, и некоторые предполагаемые внеземные цивилизации), тем самым, увеличивая информационное содержание социосферы, начинает расширять сферу своего распространения сначала на планете, а затем и в космосе, и не столько для освоения вещественно-энергетических природных ресурсов, сколько для продолжения своих культурно-информационных процессов и накопления информации в расширяющейся социосфере. Передача и другие формы движения культурной информации также требуют освоения пространства и материальных объектов и активного участия в этом процессе различных форм и уровней интеллекта (Ursul 2019).

Длительное время создалась видимость, что человечество использует в качестве ресурсов в основном вещество и энергию, а об информации речь даже не шла. Это было вызвано тем, что информацию как понятие (критерий и ресурс развития) «открыли» совсем недавно, немногим более полвека тому назад. А «ответственность» информации как нового всеобщего свойства материи за процессы эволюции еще позже, когда были предложены атрибутивная концепция информации и информационный критерий развития. Однако информация имманентно связана с веществом и энергией, поэтому, выделяя и подчеркивая приоритетную роль информационно-культурной составляющей, важно помнить, что информация в принципе не существует без своих материальных носителей. Но в прошлом, да и сейчас, нередко эти носители рассматриваются в качестве главных в эволюционных процессах в обществе. Поэтому, чтобы до конца не «разрушать» бытующие стереотипы можно считать, что речь идет не только об информационных, но одновременно и о вещественно-энергетических ресурсах.

Расширение и развитие возникшего «через культуру» человечества с самого начала его становления имеет принципиально информационную природу и вектор, именно благодаря появлению особой внеличностной системы средств накопления, хранения и преобразования информации, необходимой для организации любой социальной деятельности. расширения окружающей среды, освоения ее ресурсов и усиления интеграционно-информационных взаимодействий внутри социума. Глобализация «укладывается» в эту информационную гипотезу освоения мира и эволюции цивилизации: вектор глобализации оказывается одновременно и вектором ее прогрессивного развития. Не лишне обратить внимание на то, что не все эти процессы могут стать глобальными благодаря заложенным в них потенциям и способам реализации, поскольку для этого необходимы еще определенные дополнительные условия, о которых пойдет речь далее.

И это связано с основной тенденцией и критерием глобальной эволюции — информационным критерием, который «требует» для прогрессивного развития систем перманентного накопления их информационного содержания. Человечество накапливает свое информационное содержание благодаря внегенетическим информационным механизмам, создавая новые сферы и направления деятельности на надындивидуальном, а теперь и надгосударственно-международных уровнях. Это позволяет и далее накапливать социальную информацию, используя новый механизм — глобализацию и другие глобальные процессы. Наиболее фундаментальные и ускоренные эволюционные трансформации в дальнейшем будут происходить все больше на международно-глобальном уровне. Это будет напоминать эволюцию человеческого рода, когда в его развитии утвердилась социальная природа и биологическое развитие передало свою эстафету социальному развитию, которое стало эволюционировать гораздо быстрее по сравнению с биологическим развитием человека и претерпевать более кардинальные трансформации (благодаря экстракорпоральному, внегенетическому способу накопления информации).

В такого рода эволюционных социоприродных процессах на приоритетное место выдвигаются три основные характеристики — расширение осваиваемого пространства, рост взаимодействия между основными составляющими и становление универсальных форм (результатов) дальнейшего поступательного развития. Если более кратко, то речь идет о таких универсалиях глобализации, как распространение по пространству, интеграция, универсальность, которые обязательно присутствуют в рассматриваемых далее глобальных процессах, но в разных степенях и пропорциях. Эта триада характеристик выделяет основные и общие признаки понятия глобализации, но она оказывается характерной и для других аналогичных, рассматриваемых здесь процессов эволюции человечества на разных ее этапах, становящимися, тем самым, глобальными процессами, как в прошлом, так и в будущем.

Однако свое «глобальное наименование» глобализация получила не столько из-за упомянутой триады, сколько из-за природного свойства такого объекта как наша планета Земля. Глобальный характер этого процесса прежде всего в том, что он проявляется в своей наиболее наглядной — пространственно-географической форме, т.е. охватывает территорию всего земного шара (от лат. Globus — шар. охватывающий всю земную поверхность). Шаровидно-глобальная форма Земли ограничена в пространственном отношении и вынуждена направлять глобализацию по выявленному «алгоритму развития». Но при широком освоении космоса вначале будет происходить процесс рассеивания определенной части цивилизации по внеземному пространству и, лишь сосредоточившись на очередном шаровидном космическом объекте (например, на Луне или Марсе), опять начнется «глобальное расселение» и последующая «глобализация», но уже в иных — планетарно-космических формах.

Выявленная выше «триада глобальных универсалий» в концентрированном виде отражает своего рода матрицу, или алгоритм развития, если в наименовании следовать Н. Н. Моисееву, который назвал одну из своих книг «Алгоритмы развития» (Моисеев 1987). Рассмотренная в ней и ранее упомянутая дарвиновская триада (наследственность, изменчивость, отбор) также входит в этот «алгоритм развития» и в дальнейшем оказалась в качестве той самой триады, на базе которой была создана «биомодель» универсального эволюционизма (Моисеев 1991; 1993).

Уместно обратить внимание, что здесь эти понятия (матрицы, алгоритма) употребляются отнюдь не в математическом смысле, а концептуально в более широком, как некоторый набор характеристик развития (в ряде случаев даже «предписаний» деятельности), которые формируются, транслируются и повторяются в каждой «новой волне» прогрессивной эволюции человечества, ряд из которых мы далее кратко рассмотрим. Такие понятия уже используются и для изучения ряда других глобальных процессов, например, цивилизационных (Ильин, Леонова 2017, с. 181–184).

Информационный ракурс и триада некоторых глобальных социальных процессов

Сейчас в трактовке понятия глобализации преобладает точка зрения, в которой делается акцент на универсально-транснациональных и интеграционных процессах в развитии цивилизации и обретения ею свойства целостности в самых различных аспектах. Происходит и некоторое расширение осваиваемого пространства, но акцент на его расширении проявился в более значительном масштабе гораздо раньше, на что и было обращено внимание в самом названии, хотя это тоже был процесс развития.

Для того чтобы в дальнейшем появились связи между различными народами (племенами, расами, странами и т.д.), эти народы должны были пройти путь развития как расселения, который предшествовал «универсально-интеграционному» этапу глобализации и который вместе с глобализацией представлял бы ранее протекавший глобальный процесс освоения человеком окружающей его природы. Глобализация не началась с «пустого места», она была «запрограммирована» как особенностями Земного шара — космического тела, так и объективными закономерностями развития человечества. В этом смысле можно считать, что генезис глобального процесса освоения мира в принципе имеет не просто социальный, а именно социоприродный характер.

Речь может идти, прежде всего, о раннем расселении человека и его предков из Африки по другим континентам и территориям, без которого глобализация как процесс интеграции в принципе бы не началась. Однако ранний исход из Африки по территории Евразии носил характер дисперсии, рассеивания по многим направлениям. Ранее предполагалось, что причиной освоения древними людьми новых территорий были климатические изменения и другие «внешние» причины.

Однако сейчас высказывается мнение, что более важными причинами являются такие в значительной степени информационные феномены, как инновации, овладение новыми знаниями и навыками, что привело людей к первичной миграции из Африки (Зубов 2011). Как полагает А. Ю. Зубов, уже ранние миграции обогатили род Homo новой информацией, сделали необходимым условием жизни активный процесс познания мира, расширили диапазон адаптабельности человека, способствовали его универсализации как биологической формы, ставшей уникальным явлением на нашей планете, определили параметры Homo sapiens как космического существа.

Наши предки начали еще в палеолите использовать и искусственно создавать огонь, позволивший готовить разнообразную пищу, защищаться от холода и хищников, развивать активную деятельность в ночное время. Освоение огня способствовало дальнейшему расселению «человека прямоходящего» в более холодные территории и, по мнению В. И. Вернадского, представлял собой настоящую революцию в способе существования и эволюции человечества, все больше выделяя человека от животных и выступая в качестве одного из важных глобально-палеолитических процессов.

Около двух миллионов лет, вначале — Homo erectus, а затем примерно 80 тыс. лет тому назад — Homo sapiens несколькими волнами стал расселяться по разным местам планеты, что привело к росту его численности (в эпоху верхнего палеолита население достигло нескольких миллионов человек — уже кроманьонцев). А к концу верхнего палеолита рост численности людей, уничтожение ими одних видов (в основном речь идет о мегафауне) и сокращение численности других привело наших предков к первому глобальному социоприродному — эколого-экономическому кризису.

Начался переход к производящему хозяйству как форме выхода из глобального кризиса верхнего палеолита, характеризующегося недостатком продовольственных ресурсов и снижением численности населения планеты. Переход к земледелию и животноводству привел к существенному увеличению пищевых ресурсов и росту количества населения в течение неолита по крайней мере на порядок — до десятков миллионов человек. Эти и аналогичные глобальные процессы имеют в своей основе определенные всемирноисторические и даже универсально-глобальные закономерности. Именно они на определенном этапе привели к появлению глобальных проблем и к развертыванию нынешнего этапа глобализации.

В таком контексте рассуждений можно полагать, что процессы глобального расселения и глобализации имеют глубинные информационные причины и природу, как и процесс освоения космоса. Но если в отношении освоения космоса эта идея была высказана уже давно (Урсул 1967), то в отношении глобализации практически недавно (Урсул 2011), но информационная сущность появления и развертывания этих процессов освоения мира оказывается одной и той же.

Человек современного типа вышел на Ближний Восток 80 тыс. лет назад (по другим данным, первые люди проникли туда 120–130 тыс. лет назад). Даже освоение Америки обошлось вначале без морских путешествий: предки всех американских индейцев одной волной переселились с Чукотки на Аляску в позднем плейстоцене. Историки установили, что за тысячи лет до Великих географических открытий Новый Свет «открывался» несколько раз палеолитическими и мезолитическими людьми. Все коренное население Америки — палеоиндейцы — произошло от поколения людей, предковой группы, наиболее близкой к современным монголоидам, прибывших 14 тыс. лет тому назад по Берингову перешейку, суше, связывавшую в единое целое Азию и Америку. Наиболее благоприятные условия для миграции фауны, включая человека, создались в период позднего плейстоцена, примерно 14 тыс. лет назад. Затем на месте перешейка образовался современный Берингов пролив, и жители Америки на долгое время оказались изолированы.

Глобальное расселение обычно рассматривают в основном как демографический процесс, но не как процесс какой-то «первичной глобализации». Хотя, если на него взглянуть в контексте видения современного этапа глобализации, в целом в нем также можно обнаружить ряд тех же особенностей глобализации — расширения пространства, развертывание взаимодействий между осваивающими новые территории людьми и наличие универсальных законов и тенденций эволюции, характерных для всего человеческого рода.

Уже на этом примере, мы видим, что существуют области научного знания, которые ранее исследовали те или иные палеолитические глобальные процессы, которые явно не использовали (а скорее, просто не декларировали) глобальный подход. Наиболее характерным примером такого рода знания может оказаться антропология, изучавшая такие глобальные процессы как глобальное расселение человека, использование огня, неолитическую революцию, становление городов-государств и т.д. К этой же сфере исследований, как далее покажем, можно отнести и теорию международных отношений, где на глобальные черты и потенции которых ранее просто не обращалось внимание. В принципе, рассмотрение уже существующего научного знания в ракурсе глобального подхода и выявленной «триады глобализации» позволит обнаружить и другие глобальные процессы, глобальность которых не замечалась, но существовала в «скрытом» виде.

Вслед за глобальным расселением, на его основе, возникает новый глобальный процесс — развертывается неолитическая революция в течение многих тысячелетий. Переход от присваивающего к производящему хозяйству в эпоху неолита (примерно восемь-десять тысячелетий до н.э.) обусловил, с одной стороны, рост экономической эффективности хозяйственной деятельности, а с другой, привел к локальным неурядицам и в дальнейшем — к глобальному кризису экологического характера. К этому привел возникший социоприродный способ деятельности, базирующийся на производящей экономике, принципах природопользования, берущих начало с неолита, разрушающих природную среду.

Агронеолитическая революция, как переход от охотничье-собирательского хозяйствования к земледелию и скотоводству, впервые, видимо, началась в Северной Месопотамии еще с 8 тысячелетия до н.э. Она сыграла особую и роль в формировании как первых цивилизаций, так и появлении первых государств в форме городов-номов. Становление нового социоприродного способа взаимодействия (материального производства) повлекло и формирование новых общественных отношений и социальных процессов, одной важнейших форм которых стали международные отношения (МО), в которых также проявились глобальный вектор и «триада глобализации» (Урсул 2019).

Формирование локальных цивилизаций начинается в ходе неолитической революции, но ближе к ее срединному периоду. Вряд ли взаимодействия кочевых племен на стадии варварства (либо даже кочевых и оседлых культур) можно было бы считать началом МО, эти отношения требовали наличия ряда территориально-демографических условий в форме появления ранних локальных цивилизаций. В отличие от отдельных инновационно-технологических трансформаций, растянутых друг от друга на сотни тысяч лет в палеолитические времена, неолитическая революция носила ускоренно-системный характер. В течение нескольких, примерно, 5–6 тысячелетий эта революция охватила почти на весь земной шар, являя собой пример одного из важнейших глобальных социоприродных процессов. В ходе неолитической революции произошли крупнейшие трансформации структуры общества, возникло немало локальных цивилизаций и развился феномен государственности.

Первые государственные образования (прежде всего древние рабовладельческие города-государства) возникли на базе разных племен и народностей, которые обрели территорию проживания и оседлость. Такие формы появились на базе земледельческих племен, создавших в дальнейшем небольшие древние города-государства Египта и Месопотамии, возникшие около IV тысяч лет до н.э. Так, в Южной Месопотамии с этого периода начинают формироваться шумерские города-государства, и «городская революция» завершается уже в первой половине III тысячелетия до н.э. На сравнительно небольших «речных территориях» появилось до нескольких десятков египетских и шумерских городов-государств.

Впервые МО как форма взаимодействия городов-государств возникли в шумерской части Месопотамии, где государства появились раньше других и вступали во взаимодействия друг с другом, в основном реализуя две их главные функции — обеспечения безопасности и развития. Тем самым начальные хронологические рамки МО на Древнем Востоке можно датировать концом четвертого тысячелетия до н.э. (Шахалилов 2015, с. 25, 39).

Это было началом МО в рамках одной — шумерской цивилизации. В дальнейшем появилась следующая ранняя форма МО — взаимодействие городов-государств разных цивилизаций. Вполне возможно, что это произошло впервые при взаимодействии государств Египта и Нубии (Нубию ряд историков представляют совершенно самостоятельной и уникальной древнейшей цивилизацией), а еще позже — около трех с половиной лет тому назад египетского государства и Сирии в период похода Тутмоса I в Месопотамию. МО в этом случае можно представлять не столько взаимодействием шумерской и египетской цивилизаций (и культур), сколько отдельных городов-государств одной и другой локальной цивилизации.

«Внешняя ориентация» МО свидетельствует о том, что они возникли и находятся в наиболее активной сфере действия культурно-информационного императива и способствуют как расширению пространственной территории экспансии цивилизации, так и росту ее информационного содержания. В этом проявляется потенциально заложенные в МО глобальные триада и информационный вектор их эволюции, которые развертывались, по сути дела, через все составляющие структуры и содержания МО.

Международные процессы выступают как одно из первых комплексных направлений глобализации, имеющее социальную природу. Не исключено и более сильное предположение, что современный этап глобализации (в совокупности всех вышеупомянутых трактовок «глобального алгоритма») начался именно с международных процессов и в значительной степени через них продолжается, но аргументация этого требует более обстоятельных дальнейших исследований.

Однако, обсуждая возможности становления глобального вектора МО, следует сразу же обратить внимание на то, речь будет идти не о всех международных процессах. Достаточно очевидно, что некоторые государства не станут субъектами глобальных международных отношений. Не все страны (особенно малые, непризнанные страны и др.) могут в силу тех или иных соображений стать участниками будущих глобальных МО и это ставит определенные вопросы в понимании того, что в конечном итоге представляет собой глобализация МО. Имеются и другие обстоятельства, свидетельствующие о том, что глобальные тенденции затронут лишь некоторые области международных процессов.

Вместо заключения. От глобального к космическому развитию

Рассмотренная выше «глобальная триада» в какой-то форме будет продолжена в будущее, в том числе, в пространственном измерении — в космос. Именно свойства и качества глобальной эволюции, имеющие культурно-информационную природу вызывают потребность человека в расширении сферы преобразовательной деятельности вначале на планете, а затем и за ее пределами, причем все они сопровождаются и другими составляющими выявленного глобального «алгоритма развития». На планете — это глобальное расселение человечества, агронеолитическая революция и т.п., а в дальнейшем — глобализация и другие процессы, имеющие с самого своего зарождения информационную ориентацию и транслирующую упомянутую триаду.

Поэтому, в отличие от предыдущих ступеней эволюции материи, человечество (а возможно, и некоторые предполагаемые внеземные цивилизации) расширяет сферу своего распространения сначала на Земле, а затем и в космосе не только, и не столько для получения вещественно-энергетических природных ресурсов, сколько для продолжения своих культурно-информационных процессов и накопления информации в расширяющейся по планете и внеземному пространству социосфере.

Информационная концепция освоения мира была высказана вначале для понимания причин космической деятельности еще в 70-е гг. прошлого столетия (Урсул 1967). Речь шла об ориентации на выход человека за пределы планеты с «целью» вписаться в супермагистраль глобальной эволюции. Развертывание социальных и социоприродных процессов в глобальном ракурсе подтверждает эту гипотезу не только в космическом варианте, но и планетарно-земном. За пределами планеты будет происходить нечто подобное глобальному расселению, когда начнется массовое расселение человечества по космосу, включая и в отдаленном будущем освоение экзопланет (Урсул 2019).

В перспективе решение глобальных проблем и предотвращение опасностей всего глобального развития цивилизации будет происходить через формируемый процесс устойчивого развития (УР), что также необходимо для продолжения главной траектории непрерывной самоорганизации уже в ее социоприродной форме. В этом случае под УР понимается управляемое системно-сбалансированное социоприродное развитие, не разрушающее окружающую природную среду, обеспечивающее выживание и безопасное неопределенно долгое существование цивилизации. В более общем случае речь идет о нерегрессивном, т.е. безопасном развитии, «целью» которого является сохранение и коэволюция цивилизации и окружающей его природы. Начало этого этапа социоприродного развития в эволюционном «коридоре безопасности» начинается с перехода к УР, а его продолжение мыслится уже в форме коэволюции глобальной системы «общество-природа» на пути становления ноосферы вначале на планете — колыбели, а затем и за ее пределами.

Переход к социоприродному УР как основной форме дальнейшего глобального развития оказывается объективной необходимостью с позиций универсального эволюционизма для продолжения главной ее магистрали. Этот переход на планете и дальнейшее освоение космоса по «устойчивой» стратегии адаптирует глобальное социоприродное развитие в универсально-эволюционный процесс, создавая новые возможности для его темпорально-пространственного продолжения.

Можно также отметить некоторую аналогию с взаимоотношением человечества с планетарными и космическими процессами в случае широкого освоения космоса. На планете приходится с помощью достижения глобальной устойчивости «вписываться» в биосферные процессы, чтобы стать необходимой «частью» глобальной эволюции. Нечто аналогичное можно ожидать и в космосе, где уже придется адаптироваться к самоорганизационным процессам космогенеза. Можно предполагать, что преобразовательная деятельность человека в космосе также будет развертываться в пределах несущей, экологической емкости космоэкосистем, что позволит социальной ступени и за пределами планеты идти по пути продолжения глобально-универсальной эволюции.

Возможный переход к такому социоприродному процессу, как устойчивое развитие, будет означать в какой-то степени коэволюционное развитие глобального, а в перспективе — созидание геокосмического социоприродного мира. Вряд ли стоит ограничиться указанием на то, что эта будущая модель развития может гарантировать выживание человечества и его неопределенно долгое нерегрессивное развитие в условиях сохранения окружающей природной среды. Это не просто продление на длительную перспективу социоприродного развития — но и дальнейший «вклад» в продолжение главной универсально-эволюционной магистрали, которая обретет свое социоприродное бытие в форме планетарно-космической системы «Человечество — Земля — Вселенная» (Урсул 1977).

Библиография

Гуревич П. С. (2017). Культурология. 5-ое изд. М.: КНОРУС. — 448 с.

Зубов А. Ю. (2011). Становление и первичное расселение рода «Homo». СПб.: Алетейя. — 224 с.

Ильин И. В., Леонова О. Г. (2017). Политическая глобалистика. М.: Юрайт. — 217 с.

Колин К. К., Урсул А. Д. (2015). Культура и информация. Введение в информационную культурологию. М.: Стратегические приоритеты. — 300 с.

Моисеев Н. Н. (1987). Алгоритмы развития. М.: Наука. — 304 с.

Моисеев Н. Н. (1991). Универсальный эволюционизм (Позиция и следствия) // Вопросы философии. № 3, 3–28.

Моисеев Н. Н. (1993). Восхождение к разуму: Лекции по универсальному эволюционизму и его приложениям. М.: ИздАТ. — 174 с.

Степин В. С. (2011). Цивилизация и культура. СПб.: СПбГУП. — 407 с.

Урсул А. Д. (2019). Глобальный вектор международных отношений // Мировая политика. № 3, 60–71. doi: 10.25136/2409-8671.2019.3.29961

Урсул А. Д. (2011). Космоглобалистика в ракурсе информационной гипотезы освоения мира // Глобалистика как область научных исследований и сфера преподавания / Под ред. И. И. Абылгазиева, И. В. Ильина. Вып. 5 (с. 87–123). М.: МАКСПресс.

Урсул А. Д. (1967). Освоение космоса (Философско-методологические и социологические проблемы). М: Мысль. — 240 с.

Урсул А. Д. (1977). Человечество, Земля, Вселенная. М.: Мысль. — 263 с.

Урсул А. Д., Урсул Т. А. (2018). Экзопланетные горизонты глобально-космических исследований // Идеи К. Э. Циолковского в контексте современного развития науки и техники. Материалы 53-х Научных чтений памяти К. Э. Циолковского (с. 267–269). Калуга: ИП Стрельцов И. А. (Изд-во «Эйдос»).

Шахалилов Ш. Ш. (2015). История международных отношений: движущие силы, глобальные тенденции. М.: Издательство Московского университета. — 560 с.

Ursul, A. D. (2018). Information Nature of Culture. Scientific and Technical Information Processing. Vol. 45, No. 2, 100–105. doi: 10.3103/S0147688218020107

Ursul, A. D. (2019). Information Nature of Evolution and Development of the World: Conceptual Hypothesis. Automatic Documentation and Mathematical Linguistics. Vol. 53, No. 01, 9–15. doi: 10.3103/S0005105519010060

 

INFORMATION VECTOR OF GLOBALIZATION

Arkady Ursul

Ph.D., Professor in Philosophy, Honored worker of science of the Russian Federation, Academician of the Academy of Sciences of Moldova, Director of the Center for Global Studies, Faculty of Global Processes, Lomonosov Moscow State University.

Address: 1, bld. 13A, Leninskie Gory, Moscow, 119991, Russia.

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Abstract: Globalization is presented as a phenomenon that is basically similar to other global processes. The author approaches the study of globalization as one of the global phenomena that in some general terms have been committed before in human history (but can also be “extended” into the future). We are talking about such universals of globalization as spatial distribution, integration, and universality, which are necessarily present in the global processes considered in the essay, but in different degrees and proportions. This triad of characteristics highlights the main and general features of the concept of globalization, but at the same time, it turns out to be characteristic of other similar processes of human evolution considered here. The information approach and the information concept of culture are applied, and the position on the cultural conditionality of “global development algorithms” is justified. According to the information interpretation of cultural genesis, culture occurs when humanity is separated from the animal world, creating an “external” sphere for human accumulation and transformation (movement) of information. We consider a number of global processes that have taken place in the past and may unfold in the future: the global settlement of mankind, the agroneolitic revolution, etc., and in the future — globalization and other processes that have an information orientation since their inception and translate the mentioned triad of universals.

Key words: Darwinian triad, development algorithms, globalization, global triad of universals, global settlement, information approach, culture, neolithic revolution, international relations, sustainable development.

Received at February 22, 2020.

How to cite: Ursul, Arkady (2020). Information Vector of Globalization. Researcher. European Journal of Humanities & Social Science. 2 (3), 33–52.

DOI: http://dx.doi.org/10.32777/r.2020.3.2.2 

References

Gurevich P. S. (2017). Kul’turologiya. 5-oe izd. M.: KNORUS. — 448 s.

Zubov A. Y. (2011). Stanovlenie i pervichnoe rasselenie roda «Homo». SPb.: Aletejya. — 224 s.

Il’in I. V., Leonova O. G. (2017). Politicheskaya globalistika. M.: YUrajt. — 217 s.

Kolin K. K., Ursul A. D. (2015). Kul’tura i informaciya. Vvedenie v informacionnuyu kul’turologiyu. M.: Strategicheskie prioritety. — 300 s.

Moiseev N. N. (1987). Algoritmy razvitiya. M.: Nauka. — 304 s.

Moiseev N. N. (1991). Universal’nyj evolyucionizm (Poziciya i sledstviya) // Voprosy filosofii. No. 3, 3–28.

Moiseev N. N. (1993). Voskhozhdenie k razumu: Lekcii po universal’nomu evolyucionizmu i ego prilozheniyam. M.: IzdAT. — 174 s.

Stepin V. S. (2011). Civilizaciya i kul’tura. SPb.: SPbGUP. — 407 s.

Ursul A. D. (2019). Global’nyj vektor mezhdunarodnyh otnoshenij // Mirovaya politika. No. 3, 60–71. doi: 10.25136/2409-8671.2019.3.29961

Ursul A. D. (2011). Kosmoglobalistika v rakurse informacionnoj gipotezy osvoeniya mira // Globalistika kak oblast’ nauchnyh issledovanij i sfera prepodavaniya / Pod red. I. I. Abylgazieva, I. V. Il’ina. Vyp. 5 (s. 87–123). M.: MAKSPress.

Ursul A. D. (1967). Osvoenie kosmosa (Filosofsko-metodologicheskie i sociologicheskie problemy). M: Mysl’. — 240 s.

Ursul A. D. (1977). Chelovechestvo, Zemlya, Vselennaya. M.: Mysl’. — 263 s.

Ursul A. D., Ursul T. A. (2018). Ekzoplanetnye gorizonty global’no-kosmicheskih issledovanij // Idei K. E. Ciolkovskogo v kontekste sovremennogo razvitiya nauki i tekhniki. Materialy 53-h Nauchnyh chtenij pamyati K. E. Ciolkovskogo (s. 267–269). Kaluga: IP Strel’cov I. A. (Izd-vo «Ejdos»).

Shahalilov Sh. Sh. (2015). Istoriya mezhdunarodnyh otnoshenij: dvizhushchie sily, global’nye tendencii. M.: Izdatel’stvo Moskovskogo universiteta. — 560 s.

Ursul A. D. (2018). Information nature of culture . Scientific and Technical Information Processing. Vol. 45, No. 2, 100–105. doi: 10.3103/S0147688218020107

Ursul A. D. (2019). Information nature of evolution and development of the world: conceptual hypothesis. Automatic Documentation and Mathematical Linguistics. Vol. 53, No. 01, 9–15. doi: 10.3103/S0005105519010060

Top
We use cookies to improve our website. By continuing to use this website, you are giving consent to cookies being used. More details…